Федеральное агентство по печати и массовым коммуникациям

М.В. Сеславинский. "Родители библиофильских изданий – французские книгоиздатели и русские художники"

21.04.2010

Румянцевские чтения-2010

Источник: Материалы международной научной конференции (20-22 апр. 2010 г.). – М.: Пашков дом, 2010

Проходящий в этом году перекрёстный Год России во Франции и Год Франции в России – замечательный повод вспомнить о несколько забытой странице взаимопроникновения и взаимообогащения двух культур наших стран. Пожалуй, после знаменитых дягилевских сезонов период межвоенного десятилетия стал вторым ярким этапом подобного уникального сплава, но уже не в области театра, балета и живописи, а в области книгоиздания.

После Октябрьской революции разными путями на протяжении всех 1920-х годов во Францию стекалась художественная элита российского общества, существенную часть которой составляли молодые и именитые художники. По приблизительным подсчётам около 150 творцов стали работать в области книжной графики, обеспечив взлёт как тиражей, так и наименований французской иллюстрированной книги. Некоторые имена наших соотечественников у всех на слуху (Ю. Анненков, И. Билибин, А. Бенуа, Н.Гончарова, Б. Григорьев, Б.Зворыкин, М. Ларионов, К. Сомов, М. Шагал, В. Шухаев, А. Яковлев), но основная часть фамилий находится в тени этих знаменитостей. В последнее десятилетие вышло ряд исследовательских работ, раскрывающих более полную картину этого примечательного явления жизни двух стран[1], но вся палитра французской книги и периодики с иллюстрациями русских художников ещё ждёт своего исследователя.

Мода на русский стиль удачно совпала с потребностями французского общества на многообразную «книжную потребительскую корзину» после окончания Первой мировой войны. В большом количестве возникают новые издательства, а «ветераны» настойчиво ищут свои нишы для удовлетворения растущего читательского спроса. Русские художники Натан Альтман, Наталья Парэн, Фёдор Рожанковский и Александра Экстер внесли неоценимый вклад в формирование новой иллюстрированной серийной детской книги, которая, благодаря усилиям двух ведущих издательств «Галлимар» и «Фламмарион», расцвела в начале 1930-х годов. Массовую серийную литературу, издававшуюся большими тиражами в мягких обложках, активно снабжали своими иллюстрациями Иван (Жан) Лебедев и Юрий Черкесов. Но главным достижением наших соотечественников стало создание большого количества роскошных библиофильских изданий, навсегда вошедших в золотой фонд мировой книжной культуры. На них мы более подробно и остановимся, сразу оговорившись, что к русским художникам, как это и было принято в то время, логично относить и лиц иной национальности или происхождения из ставших сейчас самостоятельными государствами частей Российской империи и Советского Союза.

Во французской книговедческой литературе для обозначения и классификации библиофильских изданий принято пользоваться несколько иными терминами, нежели те, к которым привыкли российские знатоки книги. Так, термин livres d’art обозначает художественно оформленные, богато иллюстрированные книги, выпущенные специально для библиофилов. У нас этим термином пользовался известный российский искусствовед и знаток музейного дела Юрий Александрович Русаков, опубликовавший ряд работ о библиофильских изданиях с иллюстрациями знаменитых французских художников[2]. Знаменитый французский книговед Антуан Корон использует общий термин livres de luxe, включая в него не только предыдущий сегмент художественно оформленных книг, но и те, что мы называем «роскошными изданиями», а также термин livres de peintre – уникальные книги, макет которых создаётся художниками от начала и до конца (иллюстрации, обложка, выбор шрифта, заставки, концовки и т.д)[3]. В отечественной книговедческой науке эти термины в их дословном переводе почти не прижились. Художественная книга и роскошное издание сплошь и рядом заставляют вспомнить о просто хорошо оформленных или богато иллюстрированных книгах начала ХХ века, о книгах, которые в советское время было принято называть «подарочными изданиями», или об альбомах по истории живописи. Принятым в российском книжном обиходе является термин библиофильское издание. Именно его приводят составители вышедшей в 1999 году энциклопедии «Книга» (автор статьи – известный ученый и библиофил Олег Григорьевич Ласунский)[4]. Им же в своих научных работах пользуется известный исследователь и пропагандист антикварной книги, профессор Московского государственного университета печати Ольга Леонидовна Тараканова[5]. Оба опираются на то, что библиофильские издания предназначены для узкой читательской аудитории (в основном – коллекционеров и библиофилов) и отличаются от массовой книжной продукции совокупностью признаков. Сопоставляя эти признаки с признаками «livres d’art» и «livres de luxe», мы видим, что речь идёт примерно об одном и том же. Таким образом, в интересах настоящего исследования мы в большей степени пользуемся привычными для российского читателя терминами «библиофильские издания» или «роскошные библиофильские издания».

При этом совокупные их признаки таковы:

1. Ограниченный тираж. Как правило, он составляет от 100 до 750 экземпляров, а внутри тиража существует еще и дифференциация – обычно такая: а) именные экземпляры, б) экземпляры «не для продажи», в) экземпляры с нумерацией латинскими буквами или римскими цифрами, г) экземпляры с нумерацией арабскими цифрами, д) экземпляры без номера.

2. Специальная высококачественная бумага. Причём для разных частей тиража было принято использовать различные сорта бумаги. Особая часть тиража печаталась обычно на плотной бумаге ручного литья с водяными знаками. Среди наиболее популярных сортов бумаги – японская, китайская, верже или веленевая.

3. Отсутствие переплёта, несшитый блок с необрезанными краями, мягкая бумажная обложка и/или картонная папка. Таким образом, владелец может заказать для книги индивидуальный художественный переплёт – на свой собственный вкус. Впрочем, многие библиофилы предпочитают хранить издания именно в таком виде, чтобы отдельные листы могли свободно выниматься, например, для более детального рассмотрения или экспонирования (особенно это касается экземпляров, находящихся в музеях и библиотеках). В более редких случаях книги сразу выпускались в особых издательских переплётах.

4. Наличие оригинальных литографий, гравюр, ксилографий или других иллюстраций, выполненных в особой технике. Печатались они, как правило, на отдельных листах в лучших мастерских или ателье и представляют собой самостоятельные произведения графики. Необходимо упомянуть, что таких заведений в Париже было более чем достаточно. Уже в 1900 году только для печатания гравюр на металле свои услуги предоставляли около семидесяти мастерских. Нередко иллюстрации раскрашивались художником от руки.

5. Наличие дополнительных характеристик особой части тиража: собственноручные подписи автора произведения, художника или издателя; приложение оригинальных рисунков и/или дополнительной (иногда двойной, тройной) сюиты иллюстраций в цветном и/или чёрно-белом варианте; значительно реже – приложение оригинальной медной или деревянной доски, если только (по замыслу издателя) доски или литографские камни специально не уничтожались после окончания печати всего тиража.

6. Особый шрифт, порой специально отлитый именно для данного издания.

7. Наличие подробных сведений о дифференциации тиража, точной нумерации экземпляров, месте и времени выхода в свет, имён автора, художника, издателя, иногда даже – наборщиков текста и печатников иллюстраций. Нередко подобные сведения графически представляют собой самостоятельный элемент книжного дизайна и располагаются на отдельном листе.

8. Как следствие всего вышеперечисленного – высокая цена, особенно для специальной части тиража.

Среди издательств, активно работавших в процессе создания библиофильских книг с русскими художниками, в первую очередь, надо выделить знаменитое издательство «Плеяда» («Les éditions de la Pléiade»), основателем которого был Яков Шифрин (1882, Баку – 1950, Нью-Йорк). Он вместе с семьёй покинул Азербайджан после Октябрьской революции. Закончив юридический факультет Женевского университета и обосновавшись затем в Париже, взял себе имя Жак и с 1923 года стал заниматься издательским делом.

Его предприятие имело два направления развития.

Первое – выпуск качественных книг карманного формата («livre des poche»). Переплетённые в отличную мягкую кожу, напечатанные тютелька в тютельку (105х170 мм) по меркам кармана пиджака или брюк среднестатистического француза, носившего 46–48 размер, издания шедевров французской классической литературы стали пользоваться большим спросом. Ставшая культовой, серия существует и по сей день. Второе направление издательской деятельности Шифрина – продукция библиофильского толка. Будучи выходцем из Российской империи, он любил творчество русских художников и активно привлекал их к сотрудничеству в области книжной графики. Кстати, сам выступая в качестве переводчика классических произведений русской литературы, он привлёк к этой работе и других литераторов, в том числе известного французского писателя Андре Жида (1869–1951).

Именно в «Плеяде» в 1923 году выходит по-французски «Пиковая дама» А.С. Пушкина с иллюстрациями Василия Шухаева. Перевод повести был выполнен Шифриным, Андре Жидом и Борисом де Шлёцером (1881–1969), родственником композитора А.Н. Скрябина, автором книг о нём и о других русских композиторах, писателем и критиком. На титульном листе под наименованием «Издательство Плеяда» напечатано: «Ж. Шифрин и Кº». Для Шухаева это была первая серьёзная книжная работа на французской земле. Художник выполнил двадцать цветных иллюстраций и эскиз титульного листа. Первоначально был сделан чёрно-белый вариант цикла, с которого изготовили типографские оттиски. Для тиража была выбрана дорогая технология гелиогравюры. Шухаев раскрасил оттиски от руки гуашью и акварелью – они-то и использовались в качестве оригиналов для воспроизведения в книге. Павел Эттингер в статье «Иллюстрированные издания Пушкина за годы революции» писал, что «рисунки Шухаева выдержаны в стиле художников “Мира искусства”, в них с особой тщательностью выполнены костюмы и бытовые детали эпохи, но местами здесь чувствуется слишком большая близость к гравюрам XVIII века». С этой характеристикой иллюстраций Шухаева, с нашей точки зрения, можно поспорить: школа предшественников в работах художника, конечно, чувствуется, но взгляд – совершенно другой, гораздо более новаторский. Оригинальное графическое построение сюжетов, неожиданный ракурс, эксперименты с цветовой гаммой – всё вызывает удивление читателя и делает классическое произведение Пушкина ещё более мистическим и загадочным.

Это роскошное библиофильское издание было выпущено тиражом 345 экземпляров, 25 из которых (с римской нумерацией) не предназначались для продажи.

В 1925 году Шифрин выпускает в собственном переводе другой фолиант – пушкинского «Бориса Годунова» с обложкой, титульным листом, заставками и концовками и 18 полноразмерными пошуарами Шухаева. Приведём любопытный отзыв того же Эттингера: «…мы вновь встречаемся с эффектными цветовыми композициями В. Шухаева, на этот раз навеянными старорусской фреской и миниатюрой рукописных книг. Но и тут, как в “Пиковой даме”, расхолаживающе действует то, что эти художественные реминисценции полностью не облечены в личный убедительный стиль».

Разумеется, в издательских проектах «Плеяды» участвовали и другие русские художники. Среди наиболее ярких работ можно выделить «Записки сумасшедшего» Н.В. Гоголя, выпущенные в свет в 1927 году в переводе Шифрина и Шлёцера. Иллюстрации в технике углублённой гравюры на металле великолепно исполнил Александр Алексеев. Книга была издана ограниченным тиражом в 266 экземпляров, часть которого была напечатана на японской, голландской и веленевой бумаге.

Но, конечно же, главной работой Алексеева стал вышедший в 1929 году роман Ф.М. Достоевского «Братья Карамазовы», к которому художник выполнил 100 иллюстраций. Такую же цифру составил и тираж этого знаменитого издания. Литографии Алексеева – это общепризнанная, самая мощная графическая работа к всемирно известному роману классика русской литературы. А само издание – не только большая редкость на антикварно-букинистическом рынке, но и вожделенная мечта многих музеев, библиотек, галерей, библиофилов и коллекционеров.

Ещё одним знаменитым художником, работавшим с Шифриным, был Александр Бенуа, который оформил изданные в 1926 году «Страдания молодого Вертера» Андре Моруа. Книга вышла тиражом 365 экземпляров и представляет собой яркий пример работы Бенуа в жанре французской библиофильской книги. Это тем более примечательно, что книжную графику выдающегося художника во время его жизни во Франции можно перечесть по пальцам.

В 1931 году совсем небольшим тиражом – 110 экземпляров – в «Плеяде» выходит перевод «Тараса Бульбы» с обложкой работы Натана Альтмана и многочисленными, прекрасно исполненными цветными офортами Александры Гриневской.

Разнообразная издательская деятельность не уберегла Шифрина от экономического кризиса начала 1930-х годов. По протекции Андре Жида и Жана Шлюмберже «Плеяду» берёт под своё крыло другой известный издатель – Гастон Галлимар. 31 июля 1933 года состоялось официальное юридическое закрепление слияния издательств «Плеяда» и «Галлимар». Жаку Шифрину был предложен пост руководителя издательского проекта «Библиотека Плеяды» и развивающегося направления детской иллюстрированной книги, чем он и занимался вплоть до 1939 года, когда был мобилизован во французскую армию. После оккупации Франции Шифрин был вынужден скрытно перебраться в США, где он и прожил до самой смерти.

Фактический преемник «Плеяды» издательский дом «Gallimard» ( исконное название - «Новый Французский Журнал» («La Nouvelle Revue Française») , основанный в 1910 году, имел разностороннюю деятельность, во многом благодаря кипучей энергии своего основателя Гастона Галлимара (1881–1975). Среди оформленных русскими художниками библиофильских изданий, которыми «Галлимар» не очень увлекался, следует выделить вышедшую в 1929 году тиражом 540 экземпляров книгу «Два певца» («Deux artistes lyriques») Валери Ларбо с иллюстрациями талантливой русской художницы Александры Гриневской, супруги другого героя нашего альбома – художника Александра Алексеева.

Аналогичная ситуация складывается с другим издательским гигантом Франции – издательством «Flammarion», названным также по имени основателя Эрнеста Фламмариона (1846–1936). Особую известность ему принесла издававшаяся с 1936 года детская серия «Альбомы папаши Бобра» («Les albums du Père Castor»), иллюстрировавшаяся, помимо прочих, Фёдором Рожанковским.

Среди интересующих нас немногочисленных библиофильских изданий, отметим выпущенную в 1928 году повесть «Сибирские ночи» («Les nuits de Sibérie») Жозефа Кесселя (1898–1979), дяди Мориса Дрюона. Выходец из аргентинской колонии русских евреев-эмигрантов, Кессель писал по-французски и по-русски, был автором многих повестей и романов и достиг серьёзных литературных высот. Повесть «Сибирские ночи» литературоведы называют «жемчужиной культурного вклада русской диаспоры в западное искусство». Она была издана с несколько мрачными и тревожными офортами Александра Алексеева тиражом 850 нумерованных экземпляров.

В 1962 году тиражом 230 экземпляров выходит библиофильское издание Франсуа Пьетри «Принцы крови» («Les princes de sang») с роскошными литографиями ставшего популярным к тому времени Константина Терешковича.

Издательство «Сан Парэй» («Au Sans Pareil») родилось из журнала «Литература» («Littérature»), основателями которого были Андре Бретон, Луи Арагон и Филипп Супо. Оно, собственно, и «появилось на свет» 2 мая 1919 года специально для издания журнала (буквально через месяц с небольшим после выхода первого номера). Название было придумано Арагоном и в переводе может означать «Неповторимые» или «Не имеющие себе равных».

Через некоторое время «Сан Парэй» начинает специализироваться на дорогих иллюстрированных изданиях, в том числе и на коллекционных, библиофильских. В частности, в 1920 году тиражом 1000 экземпляров выходит сборник стихотворений поэта-сюрреалиста Филиппа Супо «Роза ветров» («Rose des vents») с четырьмя рисунками Шагала.

Среди русских художников, сотрудничавших с издательством, в первую очередь следует выделить Юрия Анненкова, чьи современные, экспрессивные графические работы были близки вкусам основателей «Сан Парэй».

В 1923 году с его иллюстрациями в уменьшенном, по сравнению с оригиналом, формате выходят знаменитые «Двенадцать» А. Блока. 15 нумерованных экземпляров с сочными цинкографиями напечатаны на голландской бумаге с необрезанными полями. Французский читатель наконец-то познакомился с этими классическими произведениями художника, которые он создавал при ближайшем участии автора поэмы. Изломанные линии, искажённое пространство, яркое представление трёх главных компонентов – чёрного вечера, белого снега и сильного ветра – не могло не произвести мощного зрительного и эмоционального впечатления. Ощущение катастрофы и неустойчивости мира, исходящее от этих рисунков, затрагивало болевой нерв любого читателя и вписывалось в общие тенденции авангардного искусства.

В 1927 году Анненков создаёт иллюстрации к «Преступлению в Сан-Франциско» («Un сrime à San-Francisco») Люка Дюртена, выпущенному тиражом 775 экземпляров. В книге – 8 чёрно-белых оригинальных литографий. Несмотря на сохранившийся новаторский стиль, многофигурность композиций и оригинальные ракурсы городских пейзажей, эту книжную графику замечательного мастера вряд ли можно отнести к его творческим достижениям.

Спустя два года тиражом 270 экземпляров выходят очерки Луи Шеронне «За городскими стенами» («Extra-muros»). В этом издании уже 25 литографий Анненкова – они помещены на отдельных вклейках и по стилю близки предыдущей работе, но выполнены с большей теплотой, что естественно, ибо речь идёт о пригородах Парижа, где проживало множество русских эмигрантов.

Однако в целом, конечно, французская книжная графика художника далека от шедевров «Двенадцати» и «Портретов», так и оставшихся вершиной его книжного творчества.

В 1924 году в «Сан Парэй» тиражом 500 экземпляров выходит сборник стихов русского поэта-имажиниста Александра Кусикова «Песочные часы» («Le Sablier»); перевод был сделан Евгением Сидерским, иллюстрации –Виктором Бартом. Это единственное французское издание соратника Есенина и Мариенгофа, который в начале 1930-х годов прекратил заниматься литературной деятельностью. Тонкие, как бы висящие в воздухе рисунки Барта, воспроизведённые в технике цинкографии, подчёркивают хрупкость мира, существующего в поэзии Кусикова.

В 1926 году издательство предложило сотрудничество Наталии Гончаровой, исполнившей 6 офортов к рассказу Жозефа Кесселя «Чай капитана Согуба» («Le thé du capitaine Sogoub»); и это едва ли не единственная работа знаменитой художницы в технике офорта. Тираж книги составил 1260 экземпляров, поэтому её до сих пор несложно найти на антикварно-букинистическом рынке.

Ещё одним издательством, специализировавшимся на выпуске библиофильских книг, было заведение А. и Ж. Морнэ (Les editions Mornay (Chez A. & G. Mornay). В 1919 году они приступили к изданию книг, относившихся к разряду полуроскошных изданий («demi-luxe»). Было объявлено о начале подписки на коллекцию Морнэ, в которой будет выходить по пять книг в год. В течение пятнадцати лет собрание «Красивые книги» («Les Beaux Livres») исправно доставлялось подписчикам. В 1934 году оно завершилось изданием 72-го тома серии.

Первые тома выходили с чёрно-белыми ксилографиями, расположенными по тексту. Это существенно удешевляло типографский процесс, ибо иллюстрации печатались вместе с текстом.

Постепенно конкурентные условия стали более жёсткими, да и читающая публика требовала цветных иллюстраций. Издатели уступили вкусу публики и перешли на цветные гравюры. Излюбленным приёмом стала техника гризайли (однотонная живопись или рисунок, чаще всего в цвете сепии), но последние книги серии радуют акварельными иллюстрациями.

Тиражи составляли, как правило, от 500 до 1000 экземпляров, часть из них печаталась на особой бумаге, имела дополнительную сюиту и другие особенности библиофильских книг.

Весьма удачным образом в знаменитой серии было издано несколько произведений русской реалистической литературы с иллюстрациями Ивана Лебедева. Этот художник, поселившийся в Париже ещё до революции, стал одним из самых востребованных во французском книгоиздании. Всего им было оформлено около ста книг, чем не может больше похвастаться никто из наших соотечественников.

В 1921 году тиражом 1000 экземпляров выходит перевод четырёх рассказов М. Горького, объединённых названием «Бродяги» («Les vagabonds»). Лебедевские гравюры на дереве, нарочито резкие, изображающие волжские береговые откосы и небритых русских мужиков в лаптях, были напечатаны в одном, зеленоватом тоне. Как и многие другие работы художника, они представляют собой яркий пример того, что в России принято называть «смесь французского с нижегородским». Причём в данном случае это устойчивое словосочетание можно воспринимать буквально: родившийся в маленьком провинциальном Богородске Нижегородской губернии, Лебедев рано уехал во Францию и с годами впитал в себя дух французской культуры и парижские образы. Вот почему один из изображённых на авантитуле горьковских бродяг, в лаптях и в залатанной одёжке, как будто срисованный с фотографий знаменитых фотографов Карелина и Дмитриева, с шиком демонстрирует читателю шейный платок, как какой-нибудь куртуазный клошар с набережной Сены.

Наиболее объёмной работой Лебедева стали иллюстрации к переводу знаменитой повести Куприна «Яма» («La fosse aux filles»), которая вышла в свет в 1926 году тиражом 495 экземпляров. На сей раз гравюры на дереве раскрашены акварелью, они более яркие, порой даже весёлые. Нам весьма затруднительно провести квалифицированный сравнительный анализ образов и бытовых деталей из жизни проституток Франции и Российской империи вековой давности, но можно предположить, что, в силу даже возрастных факторов, наш земляк, нижегородский художник, в большей степени был знаком с парижскими типажами женщин лёгкого поведения, чем, скажем, с нижегородскими. Впрочем, эта тема – серьёзный вызов современным российским и французским исследователям.

Заметная работа издательства Морнэ – и роман Рене Марана «Батуала» («Batouala») с иллюстрациями Александра Яковлева, выпущенный в 1928 году тиражом 448 экземпляров. Это произведение об африканской жизни очень импонировало русскому художнику, совершившему в 1920-е годы знаменитые путешествия в Азию и Африку, по следам которых были выпущены роскошные библиофильские издания (о них речь впереди). В «Батуале» множество реалистичных рисунков разбросано по тексту, а некоторые рисунки воспроизведены на отдельных листах двумя цветами в технике гелиогравюры.

Значительная часть имеющихся в нашем собрании книг издательства Морнэ заключена владельцами в дорогие, подписные, индивидуальные переплёты: верный признак того, что библиофильская серия пользовалась большим спросом и уважением среди читателей, что читатели полюбили эти книги и старались бережно сохранить их для нас, библиофилов следующего тысячелетия.

В 1917 году крупный парижский банкир Поль Лафит, занимавшийся одно время и художественным кинематографом, решил создать свой собственный издательский дом «La Sirène» («Русалка»). Его первым компаньоном стал Ришар Кантинелли, главный хранитель городской лионской библиотеки.

С самого своего открытия «Русалка» специализируется на библиофильских изданиях. В 1921 году происходит знаковое для будущих российских библиофилов событие: тиражом 599 нумерованных экземпляров выпускается библиофильское издание «Сказка о царе Салтане» («Conte de Tsar Saltan») А.С. Пушкина в переводе Клода Анэ. Иллюстрации и орнамент были выполнены Наталией Гончаровой. Эти яркие, острые рисунки стали одной из важнейших работ художницы в области книжной графики. Они исполнены добра, они дышат оптимизмом, в отличие от дореволюционных её, ещё российских, графических опытов. Великолепное полиграфическое воплощение (литография и ручная набивка краски по трафарету) усиливает впечатление от работы художницы.

Рене Кьеффер (1876–1963) был известным мастером-переплётчиком, руководителем популярной мастерской. Издательским делом, в первую очередь библиофильскими иллюстрированными изданиями, он увлёкся в 1909 году. Первоначально Кьеффер учился у своих друзей-издателей, переплетавших у него книги, и прошёл у них что-то вроде стажировки. Набравшись опыта, в начале 1920-х годов он открыл собственное издательство «Les éditions Réné Kieffer» и книжный магазин, выделив под них часть помещения своей большой переплётной мастерской. Примерно в то же время Кьеффер стал оформлять книги в стиле модерн и арт-деко.

Помимо классических роскошных библиофильских книг Рене Кьеффер выпускал серию для библиофилов, не располагавших достаточными средствами на свое увлечение, – «Любовь к книгам» («L’amour des livres»). Издания серии также были иллюстрированы лучшими художниками, но выпускались в типовом, менее ценном, чем другие книги Кьеффера, переплёте и на более дешёвой бумаге. На волне популярности роскошных библиофильских изданий и моды на модерн издательство Рене Кьеффера в 1920-е годы было очень успешным, ему удалось пережить финансовый кризис начала 1930-х и просуществовать до 1950 года.

Одним из интересующих нас изданий Кьеффера был перевод гоголевского «Вия» с иллюстрациями художника Константина Кузнецова. Книга вышла в 1930 году тиражом 525 нумерованных экземпляров. Её библиофильский издательский переплёт был выполнен из коричневой кожи и украшен орнаментом в стиле арт-деко.

Это лишь сжатые характеристики некоторых французских издательств и их продукции, тем не менее, как раз представляющие значительную веху в истории книжной культуры Франции и России.

Сеславинский Михаил Вадимович
руководитель Федерального агентства
по печати и массовым коммуникациям

____________________________________________________________________________

[1] Лейкинд О.Л., Махров К.В., Северюхин Д.Я. Художники Русского Зарубежья. 1917–1939 : биографический словарь. – СПб. : Нотабене, 1999.

Толстой А.В. Художники русской эмиграции. – М. : Искусство XXI век, 2005.

Изобразительное искусство, архитектура и искусствоведение русского зарубежья / отв. ред. О.Л. Лейкинд. – СПб. : Дмитрий Буланин, 2008.

[2] Русаков Ю.А. Французская livre d'art в первой половине ХХ столетия // Вопросы искусствознания. – 1996. – № 8; Искусствознание. – 2002. – № 1 ; 2004. – №. 1.

[3] Coron A. Livres de luxe // Histoire de l’édition française. – Paris : Promodis, 1982–1986. – V. IV. - С. 409-437.

[4] Ласунский О.Г. Библиофильское издание // Книга : Энциклопедия / гл. ред. В.М. Жарков. - М. : Большая рос. энциклопедия, 1999. – С. 97.

[5] Тараканова О.Л. Антикварная книга [Учеб. для вузов по направлению и специальности "Книговедение"] - М. : Мир книги, 1996. – С. 233.