мобильная версия

Федеральное агентство по печати и массовым коммуникациям

127994, г. Москва,
Страстной бульвар, д. 5

Образовано 9 марта 2004 года
Указом Президента Российской Федерации № 314

Телевидение в день теракта в Москве

Версия для печати
31 марта 2010 19:00

Источник: газета «Коммерсантъ» № 55 (4355) от 31.03.2010

Ранним утром в понедельник в московском метро прогремели взрывы. Очередной теракт. Десятки погибших и раненых. На фоне этой трагедии, безусловно, меркнут все события. В том числе и телевизионные итоги прошедшей недели, на анализе которых обычно строится эта колонка.

Вчера пришли первые показатели телевизионных рейтингов за 29 марта. Это данные по Москве (общероссийские показатели за понедельник поступят только в среду) о том, что и как смотрели телезрители столицы в день, когда на двух центральных станциях метро прогремели взрывы.

Рейтинги вновь фиксируют, в общем, очевидное. Выпуски новостей в такие дни перестают быть просто телевизионным форматом. Их смотрят гораздо больше людей, чем обычно, в том числе и те, кто вообще перестал считаться телевизионной аудиторией. Насколько люди остаются удовлетворенными полученной из телевизора информацией, это совершенно другой вопрос — на него показатели рейтингов никогда не дают ответа. Таких высоких показателей у информационных программ, как 29 марта, на телевидении не было уже несколько лет. Даже после взрыва «Невского экспресса» и пожара в Перми (а трагедии произошли в конце ноября и в начале декабря прошлого года с разницей в несколько дней), унесших жизни десятков людей, телевизионные новости не были настолько востребованы аудиторией.

Первые упоминания о взрывах в московском метро прозвучали на «Первом канале» и «России 1» около 8.30. Но дальше-то утренний эфир на госканалах продолжался по обычному сценарию. Почти полчаса ведущие в студиях «Доброго утра» на «Первом канале» и «Утра России» на «России 1» рассказывали о чем угодно, но только не о взрывах в московском метро. Конечно, откуда было понять зрителям, которые в это раннее утреннее время пытались получить хоть какую-то первую информацию о взрывах, что все эти беседы с гостями и разговоры в студии шли в записи. Сначала их, как правило, в прямом эфире показывают на Дальний Восток, а затем повтор идет уже на Москву.

Но то, что в день теракта в утреннем эфире шла запись, а не прямой эфир, ответственности перед зрителями с телеканалов не снимает. Всегда можно найти способы сломать эфирную сетку, дать прямой эфир на Москву, особенно когда речь идет о теракте в столичном метро с десятками жертв, радикально изменившем утром понедельника ритм жизни многомиллионного мегаполиса. Можно представить телевидение Лондона, Нью-Йорка, Парижа, Рима или Берлина, где, не дай бог, конечно, в метро бы взорвали людей, а по телевидению утренний канал продолжал выходить в записи?! Более того, в телеэфире как ни в чем не бывало продолжался бы показ фильмов, сериалов, развлекательных программ, а первые большие выпуски с прямыми включениями появились только спустя час или два, а то и больше, как в случае с каналом «ТВ Центр»?! У канала, принадлежащего московским властям и который по природе своего назначения должен информировать москвичей обо всем, что происходит в городе, первый специальный выпуск о терактах начался даже не в 10.30, а почти еще на час позже.

Однако российские каналы мало что меняли в своем эфире. Можно было бы пустить титр, как это было утром 29 марта на канале EuroNews. Здесь тоже не было телекартинки, и шли записанные ранее сюжеты про разное. Но строка внизу экрана непрерывно сообщала о том, что на станции метро «Лубянка» в Москве произошли взрывы, и погибли, по предварительным подсчетам, 25 человек. Но в рамках «Утра России» (канал «Россия 1») бегущая строка о теракте в Москве тоже была, вскоре после 8.30. Но вот только шли эти сообщения либо вперемешку с общей информацией (как будто в тот момент это можно с чем-то было сравнивать), либо вообще исчезали с экрана. То, что ведущие в студии «Утра России», когда в Москве уже произошли теракты, продолжали вести почти светский, совершенно далекий от происшедшей трагедии разговор, по другую сторону телеэкрана вызывало по меньшей мере недоумение. А попросту говоря, оторопь. Но в эфире шла заранее сделанная запись.

Да, именно в телеэфире на той же «России 1» около 9 утра прозвучала информация о том, что в Москве произошел уже и второй взрыв на станции «Парк Культуры». Но в этом и заключается суть телевидения — доносить до людей поступающую информацию. Вот только под нее отведены были считанные минуты. А ведь даже предварительные рейтинги в Москве показывают, что выпуск «Вестей» в 9 утра смотрело аж 27 % телевизионной аудитории! Значит, в этот момент ждали именно новостей. Но дальше зрителям показали «Русское счастье Надежды Бабкиной». Этот документальный фильм, последовавший сразу после шестиминутного выпуска новостей, смотрело всего 14 % аудитории — то есть зрителей по сравнению с «Вестями» стало почти в два раза меньше. А потом и сериал «Срочно в номер», который шел на «России 1» еще целый час до новостей, смотрело тоже всего 14 % аудитории! И в течение этих двух часов на госканале не было даже бегущей строки с информацией о том, что сейчас происходит в центре Москвы. А ведь ничто не мешало «России 1» показывать своей аудитории фильм про Надежду Бабкину или даже детективный сериал, а внизу пустить титры с информацией о происходящем в эпицентре трагических событий.

И вот как только на «России 1» начались традиционные «Вести» в 11.00, доля их аудитории достигла аж 30 %, то есть к экранам пришел зритель, которого прежде всего волновали новости, а не другие программы. Причем это явно были совсем разные зрители, во многом нетипичные для этого канала, поскольку в обычные дни таких высоких показателей у новостей на «России 1» никогда не бывает, тем более в Москве.

На «Первом канале» новости смотрели еще активнее. Но и здесь история та же, что с «Россией 1». На «Первом» в рамках канала «Доброе утро» тоже было короткое сообщение о теракте в 8.30. Дальше ведущий актер Борис Щербаков мило улыбался зрителям с телеэкрана, но о взрывах в метро услышать от него было невозможно, поскольку это тоже была запись, а не прямой эфир. Но в 9 утра первый плановый выпуск новостей на «Первом» собрал колоссальную московской аудиторию — более 40 %. При этом выпуск шел лишь минуты на две больше обычного — 18 минут. И он вовсе не целиком был о взрывах в метро. Как только новости закончились, на «Первом канале» началась программа «Малахов+». Выступление народного целителя с разного рода рецептами, как и творчество Надежды Бабкиной, похоже, в это утро совершенно не интересовало московскую аудиторию. Рейтинги программы рухнули, доля «Малахова+» составила всего 12,3 %. Почти то же самое — у последовавших затем «Модного приговора» (доля 16,5 %) и «Контрольной закупки» (доля 13,1 %). На «Первом канале» с 9.00 до 12.00 тоже не прерывали эфир и не было никаких бегущих строк. Но как только начались новости, люди пришли на канал: в полдень на «Первом» плановый информвыпуск смотрело уже 30 % аудитории. То есть к началу новостей аудитория каналов увеличивалась в два с половиной раза.

В отличие от «России 1», где, начиная с 13.30, «Вести» и «Вести-Москву» смотрело в среднем всего 17-18 % аудитории, на «Первом канале» новости весь день смотрело около 30 % аудитории. Но так активно люди смотрели исключительно информационные программы.

На НТВ рейтинги новостей были еще выше. И утренний выпуск в 10 утра (до этого канал молчал о теракте в метро), и основной вечерний в 19.00 в Москве смотрело около 33 % аудитории! Причем выпуск «Сегодня» в 19.00 еще имел и рейтинг выше 10 %. Один из самых высоких за день. Выше только у хита сезона — премьерных серий «Глухаря» (11,4 %), все остальное зрителей НТВ мало интересовало.

И так было на всех без исключения эфирных российских телеканалах, где только выходят новости, а к таковым кроме «Первого», «России 1» и НТВ относятся «ТВ Центр», РЕН ТВ, «Россия 2», «Звезда», «Пятый», «Россия 24». 29 марта их рейтинги в несколько раз превышали среднесуточные показатели остальных программ. Так, на «ТВ Центре» при средней доле канала около 5 % новости смотрело около 9-11 %, на РЕН ТВ при доле 4-5 % новости собирали от 8 до 11 % (и здесь безусловным флагманом по наполнению стал выпуск Михаила Осокина). На «Звезде» при доле около 2 % главный итоговый выпуск в 22.00 (интонационно один из самых точных за этот день среди всех каналов) собрал долю 4,5 %. На «России 2» при показателях немногим выше 1,5 % экстренный выпуск новостей в 10.15 собрал в Москве долю около 7 %. И, конечно, «Россия 24», канал, который по сути был первым, кто сообщил в эфире о теракте в метро, и в отличие от коллег держал тему при отсутствии телевизионной картинки и поступающего материала. При этом сначала доля канала была почти на нуле. Но в разгар дня новости «России 24» собирали у экранов от 4 до 8 % зрителей. Если учесть, что доля канала в среднем в Москве всего около 1 % аудитории, то это весьма внушительный показатель.

Почему при наличии на месте трагедии своих съемочных групп спустя полчаса после взрывов, телеканалы не выдавали информацию хотя бы каждый час, пусть и без картинки?! Если уж нельзя в телевизионном эфире анализировать происшедшее и задавать власти вопросы, почему в центре Москвы, в метро опять взрывают людей, то хотя бы информировать о происходящем можно в режиме нон-стоп?! Ведь уже даже в 2003 году, в день начала войны в Ираке, ничто не мешало «Первому каналу» сломать свою сетку, выйти в прямой эфир, где в студию сели лучшие ведущие — Светлана Сорокина и Владимир Познер. И они вместе с приглашенными гостями на основе поступающей информации рассказывали зрителям о том, что произошло. При этом Ирак от нас был далеко, и вроде бы можно было обойтись без обсуждений. А взрывы в метро — вот они, совсем рядом, в центре Москвы. И это касалось каждого москвича. Конечно, война в Ираке, начавшаяся семь лет назад, и вчерашние взрывы в Москве — события несоизмеримо разные. Однако принцип телевизионной подачи и тогда, и сейчас мог быть одним и тем же. Но сейчас единственным прямым эфиром на тему трагедии в Москве была программа «Открытая студия» на «Пятом канале», которую отлично отработала ведущая Ника Стрижак. Все остальное на «Пятом», созданного вроде бы целиком из программ разговорного жанра, шло в эфир в записи. Замечательный информационный ведущий Андрей Норкин рассказывал зрителям что-то о судебных приставах. Светлана Сорокина в своей «Программе передач» вспоминала о прогнозах погоды. А ток-шоу «Свобода мысли» в прайм-тайм в день теракта в Москве было посвящено утечке молодых научных мозгов. Да и Владимир Познер в своей ночной одноименной программе на «Первом канале» лишь от себя лично выразил соболезнования родным погибших и коротко в конце сказал о терактах. Но тему беседы с Анатолием Карповым он менять не стал. Проблема с шахматами, видимо, была актуальнее того, что случилось в московском метро.

В понедельник поздно вечером лишь две программы в телеэфире поменяли тему и говорили о теракте. Это «Честный понедельник» Сергея Минаева на НТВ (и здесь доля программы была выше обычного: в 23.30 ее смотрело 19,1 % аудитории) и Тигран Кеосаян в своем «Горячем вечере» на канале ДТВ в 23.00 (и даже здесь доля была выше, чем у предыдущих программ). Вот только они, получается, и остались. Уж сделали, как могли. Но хотя бы не про шахматы и не про погоду.

Арина Бородина