мобильная версия

Федеральное агентство по печати и массовым коммуникациям

127994, г. Москва,
Страстной бульвар, д. 5

Образовано 9 марта 2004 года
Указом Президента Российской Федерации № 314

В возрасте 87 лет скончался португальский лауреат Нобелевской премии по литературе Жозе Сарамагу

Версия для печати
21 июня 2010 09:00

Источник: Lenta.ru

В пятницу, 18 июня, на испанском острове Лансароте скончался португальский писатель Жозе Сарамаго. Он умер после продолжительной болезни в возрасте 87 лет. Сарамаго был одним из выдающихся представителей постмодернизма, стоявшим на одной ступени с Гюнтером Грассом, Джоном Фаулзом и Томасом Пинчоном. В 1998 году Сарамаго был удостоен Нобелевской премии по литературе.

Известность пришла к Сарамаго, когда ему было за пятьдесят. В 1982 году был издан роман «Воспоминания о монастыре», который был переведен на несколько языков и с которого фактически начался литературный путь Сарамаго. В 80-х годах, которые Сарамаго целиком посвятил литературе, вышло еще несколько романов, в том числе «Год смерти Рикардо Рейса», «Каменный плот» и «История осады Лиссабона». До того как заняться исключительно писательством, Сарамаго успел поработать автослесарем, корректором, журналистом и переводчиком.

В 1991 году был опубликован, пожалуй, самый известный роман Сарамаго - «Евангелие от Иисуса». Альтернативная версия описанных в Библии событий не устроила Римско-католическую церковь, которая ополчилась на Сарамаго, назвав его книгу оскорбительной для католиков. Роман был подвергнут цензуре, в связи с чем писатель в знак протеста покинул родину и поселился в Испании.

Для многих своих книг Сарамаго избирал нетривиальные, даже фантастические сюжеты. Например, в «Каменном плоту» события развиваются на Пиренейском полуострове, который откололся от материка и отправился в свободное плавание. В романе «Слепота» жителей одной страны поражает необъяснимая эпидемия слепоты, за которой следует постепенное разрушение общества. В книге «Перебои в смерти» люди на территории некоей страны подвергаются другой напасти - никто не умирает, из-за чего перед обществом встают проблемы перенаселения, ритуальные службы остаются без работы и появляется подпольная организация, искусственно умерщвляющая стариков.

Каждый такой сюжет служит для Сарамаго средством выражения одной или нескольких идей, которые и составляют настоящее наследие писателя. К этим идеям читатель вынужден пробиваться через тяжелый язык - Сарамаго нередко пишет, используя чрезмерно усложненный синтаксис и пренебрегая правилами грамматики и пунктуации, благодаря чему в его стиле многие критики видят отголоски «потока сознания». В арсенале аллегорических средств Сарамаго значится и еще один фирменный прием - создание альтернативной реальности. Особенно ярко он проявляется в романе «Год смерти Рикардо Рейса», в котором писатель «оживляет» альтер-эго поэта Фернандо Пессоа, и в «Истории осады Лиссабона», главный герой которой, корректор книги об осаде города, вставляет в нее одну частицу «не», из-за чего смысл книги полностью меняется.

Политические и религиозные взгляды Жозе Сарамаго принесли ему не меньшую известность, чем его книги. Он вступил в Коммунистическую партию Португалии в возрасте 47 лет и оставался ее членом до самой смерти. В 1975 году, после «Революции гвоздик», партийный билет стал причиной его увольнения с должности заместителя главного редактора коммунистической газеты «Diario de Noticias». Впоследствии он называл это событие главной удачей его жизни. «Тогда я остановился, и у меня было время подумать. Тогда я родился как писатель».

Сарамаго был последовательным критиком современной модели западного общества и говорил: «Люди - рациональные существа, но поступают иррационально. Если бы было наоборот, в мире не было бы голода». Его резкие заявления не раз навлекали на него критику как со стороны политических режимов, так и со стороны коллег-интеллектуалов. Самым скандальным эпизодом общественной деятельности Сарамаго стал визит в Палестинскую автономию в 2002 году. Находясь в Рамалле, Сарамаго сравнил этот город, находившийся в блокаде, с концентрационными лагерями нацистов.

«Живя в тени Холокоста, израильтяне думают, что им простительно все, потому что они пережили такую трагедию. Эта позиция кажется мне лицемерной. Страдания их отцов и дедов ничему их не научили», - заявил Сарамаго через год после посещения Рамаллы. После этих слов его немедленно объявили антисемитом, и печально, что именно по ним часть общества Сарамаго запомнила. «Умер лауреат Нобелевской премии и антисемит», «Умер португальский писатель, который сравнил Израиль с нацистской Германией» - с такими и подобными заголовками вышли некоторые СМИ.

Заявления Сарамаго действительно были неоправданно резки, и даже те, кто признавал его литературный дар, не преминули отметить политическую незрелость писателя. Однако, по словам португальского издателя Жоржи де Азеведу, «для Сарамаго черный всегда оставался черным, двух мнений быть не могло». Какой бы спорной ни была эта уверенность в оценке происходящего, она не помешала знаменитому критику Гарольду Блуму, осудившему выступление Сарамаго, сказать о его литературном таланте: «Гений Сарамаго был необычайно разносторонним - он был одновременно великим шутником и писателем, способным на шокирующую искренность и сардоническую язвительность».

Будучи величайшим португальским писателем современности, Сарамаго не был особенно любим у себя на родине. Многие португальцы считали его человеком заносчивым и черствым, однако книги его читали все, и, когда в 1998 году Сарамаго получил Нобелевскую премию, это достижение на родине восприняли с воодушевлением. Премьер-министр Португалии Жозе Сократеш в связи со смертью Сарамаго заявил, что Португалия «лишилась одного из главных деятелей культуры, смерть которого стала большой потерей для страны».

Сам писатель относился к своей неоднозначной репутации равнодушно. «Я не плохой человек. Если я и могу навредить, то только словом», - говорил он. Почести и награды, которых у него было достаточно, Сарамаго также воспринимал спокойно. «Я не гений. Я просто делаю свою работу», - заявил он в одном из последних интервью. В другом интервью, взятом за три года до смерти, он сказал: «Мне не на что жаловаться. В жизни достаточно вещей, которым ты придаешь огромное значение, но на деле они того не стоят. Я получил Нобелевскую премию. И что с того?»

Тело Жозе Сарамаго 19 июня было перевезено на родину и кремировано в Лиссабоне. В связи со смертью писателя в Португалии был объявлен двухдневный траур.