мобильная версия

Федеральное агентство по печати и массовым коммуникациям

127994, г. Москва,
Страстной бульвар, д. 5

Образовано 9 марта 2004 года
Указом Президента Российской Федерации № 314

С 3 по 7 сентября в музее-усадьбе «Ясная Поляна» проходит первый фестиваль искусств и литературы

Версия для печати
06 сентября 2010 13:00

Источник: «Известия» от 6 сентября 2010 года

Толстой и шесть гениев

Фестиваль называется «Сад гениев». Гениев в саду семь - из семи европейских стран. Это Гете, Гюго, Данте, Джойс, Сервантес, Шекспир и сам Толстой. В программе фестиваля заявлены творческий вечер режиссера Сергея Соловьева и показ его фильма «Анна Каренина», сцены из «Фауста» в исполнении немецких актеров, итальянский моноспектакль «Божественная комедия», литературные чтения и другие мероприятия. О том, зачем нужно пропагандировать произведения и без того великих людей, с куратором фестиваля, директором усадьбы «Ясная Поляна» Владимиром Толстым разговаривала обозреватель «Известий».

известия: Первое, что вызывает вопрос: список имен гениев. Чем вы руководствовались, почему выбрали именно этих?

владимир толстой: Думаю, какие-то вопросы и сомнения могут вызвать два имени: Джойс и Гюго. Но принцип отбора был следующим - это должен быть автор, который в мировом и в какой-то степени национальном сознании олицетворяет литературу своей страны. В Англии - это, безусловно, Шекспир при наличии Диккенса и других литераторов. Сервантес - бесспорен для Испании. В Германии - это, конечно, Гете. Данте писал свою «Божественную комедию» на языке, которого на тот момент еще не существовало. Он фактически его изобретал.

С французами сложнее. Если вы спросите десять французов, какой их главный писатель, - они назовут вам десять разных имен. Это могут быть Рабле, Мольер, Бальзак, Пруст.

и: Судя по современной французской прозе, на сегодня главнее всех Пруст.

толстой: Мы имели в виду Пруста и даже проводили опросы среди сотрудников французских литературных музеев, издателей. И все-таки остановились на фигуре Гюго в силу его разноплановости. Он не только писатель, поэт, он был общественным деятелем, лидером целой школы - эта фигура не до конца известна и оценена у нас, в России. Мы плохо знаем его публицистику, да и вообще мало что о нем знаем, кроме романов «Отверженные» и «Собор Парижской Богоматери». Но Гюго гораздо шире, чем эти хрестоматийные вещи, и в этом смысле он перекликается с Толстым - и жили они в одно время. Это отчасти и мой персональный выбор.

Пожалуй, наиболее сомнительный персонаж тут Джойс, но как сказал представитель центра Джойса: «У каждого ирландца на книжной полке есть как минимум две книги - Библия и «Улисс». Ни одну из них он не открывал». Думаю, что он недалек от истины, тем не менее Джойс - фигура магистральная, многое в литературном процессе перевернувшая. Вообще, изначально предполагалось, что это будет Гомер. Но он уж совсем мифологическая фигура, а поскольку у нас должна быть привязка к месту творчества, то с Гомером возник ряд сложностей: как минимум восемь городов Греции спорят между собой за право называться местом рождения и жизни Гомера. Поэтому мы эту идею оставили. А «Улисс» - это еще и привязка к античности.

и: А Толстой? Если руководствоваться вашими принципами, то в этом списке должен быть Пушкин, который преобразил неудобоваримый язык XVIII века и приблизил его к современному русскому.

толстой: Поскольку идея принадлежала «Ясной Поляне» и персонально мне, то я, если хотите, лоббировал своего. Мне важно, чтобы в компании с международно признанными гениями был именно Толстой, но в этом нет большой натяжки. «Пушкин - наше все» - и никто с этим не спорит. Но именно наше все. Для зарубежных коллег это имя мало что говорит. С этим не спорят даже пушкинисты.

Соперничать в международной славе с Толстым могли бы Достоевский и Чехов. Этот процесс волнообразный. Были времена, когда зашкаливала популярность Достоевского. Сейчас - время Толстого. Судя по количеству новых переводов, постановкам, экранизациям, частотности упоминания имени, Толстой на порядок превзошел и Достоевского, и Чехова.

и: Что он с этой точки зрения предъявляет миру?

толстой: Два безупречных литературных шедевра - «Анна Каренина» и «Война и мир», которые продолжают переводиться и переиздаваться. Они абсолютно современны. Причем для каждой страны и культуры - свой Толстой. Например, в Японии любимым художественным произведением долгие годы было «Воскресение», а не «Анна Каренина» и «Война и мир». В Индии, Китае, целом ряде стран Юго-Восточной Азии интерес к философско-религиозным взглядам Толстого гораздо больше, чем к его прозе. Сейчас Толстой еще и интересен как личность - не случайно снимают фильмы и ставят спектакли на тему его жизни. Конечно, это связано и с тем, что в 2010 году столетие со дня смерти, но не только поэтому.

Можно спорить о художественных достоинствах фильма «The Last Station», но он вызвал интерес у публики, неожиданный даже для продюсеров. Его даже закупили авиакомпании для показа во время трансатлантических полетов. Или я недавно проехал «с гастролями» с «Анной Карениной» через всю Германию. Мы, я и переводчик, безо всяких ужимок и прыжков просто читали текст романа. Во всех городах залы были полны.

и: Ну, немецкая публика вообще очень любит такие чтения на двух языках. Кажется, этот жанр нигде больше так не популярен, как в Германии.

толстой: Но при этом публика задавала вопросы, люди рассказывали свои истории, поражаясь тому, как Лев Николаевич подглядел чуть ли не в их спальню, как все на самом деле происходило, на реакцию мужа и прочих. Люди примеряют эти ситуации на себя и в себе видят толстовских героев, а в толстовских героях себя.

и: А есть у фестиваля какая-то сверхзадача?

толстой: Мне важно было собрать команду этих авторов и реальных партнеров в каждой из этих стран. Мы начинали с проекта «Шекспир-Гете-Толстой», ведем его уже пять лет, и много всего было сделано, было участие друг у друга на фестивалях. Но главная задача - при помощи всех этих имен постараться привлечь внимание к классической литературе, культуре, книге, языку, слову, которые сегодня испытывают давление со стороны новых способов восприятия культуры - виртуальных, визуальных.

и: Но программа вашего фестиваля, за исключением собственно литературных чтений, тоже состоит из визуальных интерпретаций - фильмов, спектаклей. Это не Толстой в чистом виде, а то, что о нем думает режиссер.

толстой: Одна из идей проекта, что каждый из этих семи гениев, каждый в свое время дал максимальный толчок для всех видов искусств. На их произведения пишется музыка, рисуются картины, сочиняются пьесы, ставятся спектакли, снимается кино - огромная армия творческих людей продолжает питаться тем, что создали эти великие люди. Это продолжается и сегодня: Соловьев снимает «Анну Каренину», молодые актеры играют «Фауста». Мы открыли в Москве маленькую выставку иллюстраций к этим произведениям, в Туле покажем разные старинные и современные издания.

Между этими фестивалями, которые будут проходить ежегодно, хочется, чтобы были дву- или трехсторонние проекты, в разных странах во время которых проходили бы чтения на языке оригинала. Мы хотели бы привлечь к ним известных людей - не обязательно актеров. Это могли бы быть политики, музыканты, спортсмены, медийные люди, которые согласны искренне проповедовать тексты этих авторов.

Пока мне нравится, как все это развивается. Например, Шекспировский фонд мне сказал, что с тех пор как возник этот проект, у них за последние пять лет увеличилось число иностранных туристов, большая часть которых из Германии и России. Нужно время, чтобы проверить связано это или нет. После того как в Шанхае прошла выставка «Экспо», на которой был яснополянский стенд, мы оказались завалены заявками от Китая. Мы заинтересованы в том, чтобы национальное наследие становилось объектом внимания других стран и культур. То же и у наших партнеров.

Для меня сейчас важен сам прецедент, что такой проект может состояться. Это просто попытка посмотреть, как это работает. Если работает - нужно развивать. Эти спектакли будут играться на маленькой крытой сцене с небольшим зрительным залом - в «Ясной Поляне» нет идеальных условий для крупных фестивальных проектов. Я хочу, чтобы «Ясная Поляна» воспринималась как место, удачное для проведения самого разного рода фестивалей, музыкальных, театральных, кинематографических. И, может быть, мы когда-нибудь построим большой фестивальный центр, который будет вмещать огромное количество людей.

Наталья Кочеткова