мобильная версия

Федеральное агентство по печати и массовым коммуникациям

127994, г. Москва,
Страстной бульвар, д. 5

Образовано 9 марта 2004 года
Указом Президента Российской Федерации № 314

«Я считал, что радио – это ссылка и я скоро оттуда уйду»

Версия для печати
22 августа 2016 12:21

Источник: Екатерина Брызгалова/Ведомости

Юрий Костин рассказал о радиостанциях 90-х и о политике «Газпром-медиа радио» в XXI веке.

Е. Разумный/Ведомости

Е. Разумный/Ведомости

Среди российских радиохолдингов «Газпром-медиа радио» («ГПМ радио», до 2016 г. «Вещательная корпорация «Проф-медиа» – ВКПМ) крупнейшая по количеству радиостанций. Генеральный директор «ГПМ радио» Юрий Костин в 1992–2000 гг. был соучредителем и руководителем одной из первых независимых радиостанций России – «Радио 101» (101.2 FM). Он рассказал «Ведомостям», как отечественные радиостанции вели эфир во время столкновений на улицах Москвы в 1993 г. и как выживали в 90-е, могут ли радиостанции в регионах выдержать конкуренцию с федеральными игроками и как происходит цифровизация радиовещания.

Взгляд в прошлое

– В прошлом году у вас вышла книга «Радио». Расскажите о ней.
– Я думаю, она имеет историческую ценность, потому что написана человеком, который в какой-то степени начинал FM-вещание и наблюдал весь этот процесс. В книге два героя, у которых по-разному сложились судьбы: один стал руководителем радиохолдинга, а другой – нет. В книге много таких моментов, которые раньше никто не описывал.

После путча 1991 г. радио некоторое время развивалось абсолютно дико. Мы работали на иновещании – все были продвинутые, знали иностранные языки. У нас возникла сумасшедшая идея под влиянием знаний о радиорынке в США сделать экспериментальное, как тогда говорили, на самом деле частное радио.

После августа 1991 г. нам это удалось. Некоторые люди помогли бескорыстно. Тогда была интересная плеяда чиновников, которая все делала просто так, потому что им было «за державу обидно». Руководитель технического управления Гостелерадио СССР Валентин Иванович Хлебников просто обеспечил нам возможность вещать на частоте 101,2 FM, а крестным отцом нашей первой радиостанции я считаю Эдуарда Михайловича Сагалаева. Это уже после появился институт лицензирования. Была абсолютная свобода, даже вседозволенность. Цензура – только внутренняя.

– В книге много вымысла?
– Нет, кроме некоторых фантастических событий в конце. В книге изменены имена, географические координаты, но все, что там описано, все так и было. В октябре 1993 г., когда в Москве были столкновения сторонников и противников исполнительной власти и существовала реальная опасность гражданской войны, в эфир выходили только три станции: «Радио Рокс», «Радио 101» и, по-моему, «Эхо Москвы». До нас не успели добраться вооруженные боевики, а остальные были перехвачены и выключены. Мы ждали этой атаки. Я подробно описал ночь ожидания.

– Вы в это время вели прямую трансляцию?
– Мы сообщали в эфире о том, что происходило в Москве, как на нет сходил этот путч. Люди же боялись – снайперы, стрельба по городу. Мы выводили людей, которые к нам дозванивались, в прямой эфир, и они рассказывали о том, что происходит на Ленинском проспекте, у «Останкино», у мэрии. В ту ночь музыки на станции не было, хотя мы были очень рок-н-ролльными. Когда вспоминаешь о таких вещах, бизнес-показатели уходят на второй план. Тогда мы думали о том, сможем ли купить еду и воду для сотрудников, которые ночевали в этой студии, а также хватит ли у нас веры и выдержки.

С 1993–1994 гг. рынок очень сильно оживился. Тогда появились первые крупные рекламные поступления, стабилизировалась внутриполитическая ситуация. Это были золотые годы для коммерческого радио.

Продолжение: http://www.vedomosti.ru/technology/characters/2016/08/22/653916-ya-schital-chto-radio-ssilka-skoro-ottuda-uidu