мобильная версия

Федеральное агентство по печати и массовым коммуникациям

127994, г. Москва,
Страстной бульвар, д. 5

Образовано 9 марта 2004 года
Указом Президента Российской Федерации № 314

Премьер Путин пообещал толстым журналам деньги

Версия для печати
09 ноября 2009 13:00

Источник: Журнал «Огонёк» № 26 /5104/ от 9 ноября 2009 года

Толстые журналы сохранились в 1990-е и 2000-е во многом благодаря верности своих немногочисленных, но преданных читателей

Толстые журналы сохранились в 1990-е и 2000-е во многом благодаря верности своих немногочисленных, но преданных читателей

Толстые обстоятельства

Премьер Путин пообещал толстым журналам деньги - тем самым обратив на них внимание всей страны: как сегодня живут наши любимые «Знамя», «Новый мир», «Иностранка» и другие?

Фото: ИТАР-ТАСС

Писатель Распутин обратился к премьеру Путину с просьбой помочь толстым журналам. «От рыночных отношений страдают одинаково и левые, и правые», - заметил он. На прошлой неделе премьер дал указание Минфину, Минсвязи и Минкультуры выделить 50 миллионов рублей - на приобретение журналов библиотеками, а размер субсидий журналам увеличить вдвое.

Средства эти Минсвязи придется изыскивать из собственного бюджета: дополнительных денег никто им, по-видимому, не даст. В прошлом году государство потратило «на социально значимые проекты» 150 миллионов рублей /5 миллионов долларов/. Для сравнения: сегодня на запуск нового журнала нужно минимум 3 миллиона долларов. «Значит, на что-то придется расходы урезать - чтобы отдать толстым журналам», - говорят чиновники. В число «социально значимых СМИ» входят, например, журналы для слепых: редактор «Знамени» Сергей Чупринин пошутил, что толстые журналы приравняли к инвалидам. Сами чиновники по отношению к толстым журналам настроены скептически: список пока не утвержден и неясно, о каком количестве журналов идет речь. Скорее всего, речь о столичных, 12-15 названий.

В частной беседе чиновники утверждают, что некоторым из этих изданий помогать - все равно что смертельно больному: тиражи мизерные /больше всех подписчиков у «Нашего современника» - 7550/; читателей катастрофически мало, в рынок журналы встраиваться не хотят. «Они сами в этом виноваты, - вздыхает чиновник. - Им нужно менять макет, дизайн, верстку, стать более удобными и современными. Для этого надо стать не только носителями идей, но и носителями информации. Рынок есть рынок: можно и образец шампуня в номер вложить, не побрезговать... Кроме того, им давно пора было объединиться в профсоюз».

Чиновник ошибается только в одном: толстые журналы и не собирались «встраиваться в рынок» - а сознательно его игнорировали.

Вне рынка

В каком-то смысле это в 1990-е годы было единственно правильным решением - чтобы сохранить себя. Если бы толстые журналы пошли на компромисс с рынком, они бы попросту исчезли как культурный феномен. В пользу этого утверждения говорит тот факт, что ни один толстый журнал не закрылся и не изменил формат, хотя по всем экономическим законам журналы должны были погибнуть трижды: в 1991-м, 1998-м и 2008-м. Но журналы позиционировали себя как внерыночный продукт, или, говоря проще, культурную ценность. Что тоже является вполне рыночной стратегией.

Главным признаком «внерыночности» было то, что эти журналы в течение 20 последних лет негде было купить: это равносильно тому, что в сознании читателей их не существует. Сегодня средний тираж толстых журналов - от 2 до 10 тысяч, стоимость - 120-150 рублей. Значит ли это, что у «толстых» нет потенциальных читателей? Ничуть: на сайте «Журнальный зал», где собраны все интернет-версии журналов, их читает 8 тысяч человек в день, 240 тысяч в месяц. «Если бы за чтение журналов в интернете нужно было бы платить, то большинство этих читателей с сожалением, конечно, переключились бы на бесплатные ресурсы», - говорит редактор «Нового мира» Андрей Василевский. Чтение «толстых» понимается сегодня как необязательное дополнение к жизни - а потому логичным представляется его бесплатность.

Однако эти цифры говорят и о читательском потенциале: чтение толстого литературного журнала - развлечение специфическое: у такого чтения даже в интернете не бывает случайных читателей. Интернетом пользуется молодая и самая продвинутая часть аудитории - от 25 до 40 лет. Редактор сайта «Журнальный зал» Сергей Костырко: «Я часто вижу, как молодые люди пишут в блогах: «Я тут случайно прочитал журнал такой-то и заторчал». Молодые изумлены - они вообще не знали, что такие журналы есть». Потенциальный тираж бумажных журналов, по мнению Костырко, мог бы быть от 50 до 100 тысяч - если бы они продавались в розницу.

Почему журналы не продаются в ларьках и супермаркетах? «Так сложилось», - коротко отвечают обычно многословные редактора. Частным торговцам этот товар не приносит прибыли - это, так сказать, официальная версия. Это утверждение опровергает опыт того же «Знамени»: в единственном ларьке «Новой газеты» на Пушкинской площади в Москве «Знамя» буквально разлетается - за неделю уходит 150 экземпляров, и просят еще. Каждый из журналов сегодня представлен в 2-3 местах в Москве и Петербурге: это маленькие книжные магазины, ларьки, просто стенды или лотки при редакциях. «Пробовали продавать журнал с книгой - говорит бывший главред «Иностранной литературы» Алексей Михеев, - не получилось: по сравнению с книгой журнал выглядит несолидно, а по сравнению с другими журналами - слишком сложным».

Бюджет

Как правило, у толстых журналов три основных источника дохода. 1. Основной - подписка, причем не только в России. На них подписаны крупнейшие библиотеки, филфаки и факультеты славистики во всем мире. 2. Государственные субсидии: они составляют, как правило, 20 процентов бюджета журнала. Минсвязи в последние годы дает деньги не вообще на журнал, а на поддержку «социально значимых тем». Например, журнал «Звезда» в прошлом году в нескольких номерах писал о терроризме - под это и выделялись деньги. А вот практика выделения денег библиотекам из местных бюджетов на покупку журналов имела плаченые результаты. Губернатор Валентина Матвиенко выделила деньги школьным библиотекам Петербурга - специально на покупку 500 номеров «Звезды». В результате у редакции не купили ни одного журнала: библиотеки покупали на эти деньги «какие-то другие журналы», как выражается Андрей Арьев, соредактор «Звезды».

3. Собственные средства и частные фонды. Вопреки общему мнению у толстых журналов нет спонсоров или благотворителей. За редким исключением: «Иностранке» помогает фонд Ельцина, «Дружбе народов» - «межгосударственный фонд «Гуманитарное сотрудничество»«. Остальные деньги журналы зарабатывают сами. Распространена практика спецномеров: так, «Иностранка» выпускает номера, целиком посвященные литературе той или иной страны, - она же и выкупает часть тиража. Спецномера «Дружбы народов», посвященные литературе Грузии, Прибалтики и Украины, выкупались диаспорами и культурными центрами при посольствах. Журнал «Москва» практикует спецномера, посвященные писательским организациям провинции - которые их и оплачивают.

Зарплаты и гонорары в журналах мизерные. Но в журналах работают, конечно же, не из-за зарплат - «и писатели, и критики пишут потому, что не могут не писать», говорит Андрей Арьев. «Дама из налоговой постоянно ругается, что у нас зарплаты ниже прожиточного уровня, - говорит Александр Казинцев, замредактора «Нашего современника». В провинции толстый журнал зачастую существует полностью на государственный счет - так, например, журнал «Урал» финансируется из бюджета Свердловской области.

«Зато нас не трогают»

Толстый журнал - явление не уникально российское, но нигде, кроме России, оно не имело такого количества дополнительных функций. В царской России в отсутствие других общественных трибун литературный журнал становился протопарламентом, выразителем политических и общественных идей, формировал среду. В послесталинские годы в СССР журналы были каналом «для выпуска пара» - в виде «дозволенной фронды» журналам можно было писать о том, о чем не говорили по ТВ и не писали в «Правде». Журналы были катализаторами перемен в обществе: вспомним хотя бы ждановское постановление «О журналах «Звезда» и «Ленинград»« 1946 года, с которых началась травля писателей и композиторов, или выход «Одного дня Ивана Денисовича» в «Новом мире», ставшего символом оттепели.

Сегодня в большинстве редакций с завистью вспоминают миллионные тиражи в 1980-е годы. Однако нынешнее затворничество имеет свои преимущества. Главред «Октября» Ирина Барметова говорит: «Мы не нужны, нас не замечают? Ну и не надо. Зато мы честны с читателем и с собой, нас не подвергают ни идеологической цензуре, ни рыночной - это уже немало». Этот тезис можно развить: ушли миллионы читателей? - Зато остались самые преданные, настоящие. Мало кто читает? - Зато авторы не должны идти на унизительные компромиссы: упрощать, заигрывать с читателем, «писать понятно и коротко».

Кроме того, напечататься в «толстом» - по-прежнему очень престижно даже тиражному автору: это своего рода благословение касты профессионалов, пропуск в большую литературу. Напечатать книгу может сегодня каждый - а напечататься в «Новом мире» или «Знамени», или хотя бы быть отрецензированным - далеко не всякий. «В толстых журналах не проходят халявщики - мы в оценке литературных явлений остались самыми независимыми, - считает замредактора «Москвы» Алексей Позин. Серегй Костырко: «Формат толстого журнала - это идеальный лакмус. Поставьте любой книжный текст, который сегодня продается миллионными тиражами, в журнал - и сразу будет ясно, чего он стоит. Толстый журнал - это своего рода квалификационная комиссия и одновременно институт самосохранения литературы». И не только литературы. Александр Эбонаидзе, главред «Дружбы народов»: «Как человеческому организму нужна крупица серебра, без которой он не мог бы существовать, так и толстые журналы нужны обществу - даже если общество их не замечает - как гарантия от деградации».

Непримиримые идеологические споры 1990-х между журналами сегодня сменились вполне здоровой практикой «автор против автора». Дело в том, что и у правых, и левых сегодня враг один: деинтеллектуализация общества. Это стало поводом для формального если не примирения, то сосуществования патриотов и либералов: они теперь не видят друг в друге таких уж заклятых врагов и даже общаются между собой. Наталья Иванова считает, что главный враг толстых журналов сегодня - это «воровство времени у читателя современной медиа-средой, превращение читателя в зрителя, замена длинных мыслей на короткие».

Феномен читателя

Толстые журналы сохранились во многом благодаря читательской верности. «Читатели всегда поддерживали нас не столько из-за конкретных писателей или произведений, сколько за идею, - говорит Александр Казинцев из «Нашего современника». - Читатель это чувствовал - что он не только текст читает, но и приобщается к направлению. За это он готов простить журналу многое». Андрей Василевский также считает, что толстые журналы не воспринимаются как разовый товар: «Мы формируем каждый номер как продолжение разговора, как развитие предыдущих тезисов, как комплекс идей и мыслим полугодием. Читатель, таким образом, видит литературный процесс в динамике».

Кто читатель толстых журналов? В провинции - остатки советской интеллигенции: врачи, учителя, инженеры. В столицах - профессионалы: филологи, литераторы. «Наши читатели рассыпаны тонким слоем по всему миру - везде, где читают по-русски», - говорит Андрей Арьев. «Мы проводили соцопрос, - говорит Александр Казинцев. - Наш читатель, как правило, технарь, 45-55 лет, мужчина, часто кандидат наук. Но, что интересно, почти никогда не доктор наук, доктора все - «западники». Поскольку мы не получали в 1990-е годы денег от Сороса, вся надежда была на взаимодействие с читателем. Мы бы сдохли, если бы не следовали каждому изгибу читательского интереса: мы постоянно ездили по стране, встречались с людьми, в результате сегодня у нас подписка больше, чем у всех толстых журналов».

Алексей Позин: «В провинции нас читают библиотекарши и учительницы, мальчики, которые пишут стихи, а в столицах - элита. Сидят в аналитических управлениях власти, при губернаторах, шлют нам письма с опровержениями, когда мы что-то резкое пишем о власти, - так мы и узнаем, кто нас читает». Бывший главред «Иностранки» Алексей Михеев говорит, что в последние 10 лет у аудитории журнала стал нарастать новый «статистический гребешок»: люди от 20 до 30 лет, не обремененные семьей студенты, которые читают не для престижа, а для себя.

Главный парадокс толстых журналов состоит в том, что, несмотря на их «невидимое», подпольное существование, они по-прежнему оказывают важнейшее влияние на литературу и общество в России. Зачастую - самим фактом своего почти мифического существования. Это - уникальный опыт неподцензурного бытия, своего рода альтернатива рыночной культуре. Они доказали свою верность литературе - тем, что пожертвовали славой и комфортом ради того, чтобы заниматься любимым делом. Они в широком смысле отказались от соблазнов современности - еще раз доказав, что литература в России дороже денег. Редкий, почти невозможный в наше время случай.

«Наш современник»

Тираж - 9000. Редактор - Станислав Куняев. Авторы: Владимир Бондаренко, Глеб Горбовский, Юрий Попов, Александр Казинцев, Валентин Распутин, Владимир Крупин, Ксения Мяло, Игорь Шафаревич.

«Новый мир»

Тираж - 5000. Редактор - Андрей Василевский. Авторы: Андрей Битов, Александр Генис, Борис Екимов, Александр Жолковский, Александр Кушнер, Владимир Маканин, Андрей Немзер, Вера Павлова, Людмила Улицкая.

«Москва»

Тираж - 5000. Редактор - Сергей Сергеев. Авторы: Леонид Бородин, Петр Краснов, Алексей Варламов, Михаил Попов, Владислав Артемов, Сергей Васильев, Андрей Фурсов, Михаил Ремезов, Капитолина Кокшенева.

«Иностранная литература»

Тираж - 9000. Редактор - Александр Ливергант. Авторы: Александр Богдановский, Борис Дубин, Виктор Голышев, Наталья Мавлевич, Николай Мельников, Михаил Рудницкий, Илья Смирнов, Борис Хлебников.

«Дружба народов»

Тираж - 2000. Редактор - Александр Эбонаидзе. Авторы: Сухбат Афлотуни, Николай Веревочкин, Денис Гуцко, Оксана Забужко, Шата Иаташвили, Андрус Кивиряхк, Ирина Мамаева, Алексей Торк, Левон Хечоян, Леонид Юзефович.

«Звезда» /СПб/

Тираж - 3200. Соредакторы - Андрей Арьев и Яков Гордин. Авторы: Юз Алешковский, Сергей Гандлевский, Александр Генис, Александр Кушнер, Юлия Латынина, Самуил Лурье, Валерий Попов, Евгений Рейн, Михаил Эпштейн.

«Знамя»

Тираж - 4500. Редактор - Сергей Чупринин. Авторы: Бэла Ахмадулина, Сергей Гандлевский, Наталья Иванова, Инна Лиснянская, Владимир Маканин, Мария Степанова, Бахыт Кенжеев, Алексей Цветков, Елена Фанайлова.

«Октябрь»

Тираж - 5000. Редактор - Ирина Барметова. Авторы: Игорь Волгин, Алексей Варламов, Даниил Гранин, Николай Климонтович, Анатолий Найман, Людмила Петрушевская, Евгений Попов, Вячеслав Пьецух, Валерия Пустовая.

Андрей Архангельский