мобильная версия

Федеральное агентство по печати и массовым коммуникациям

127994, г. Москва,
Страстной бульвар, д. 5

Образовано 9 марта 2004 года
Указом Президента Российской Федерации № 314

Понять Россию. Интервью с Маргаритой Симоньян

Версия для печати
08 ноября 2010 16:00

Источник: журнал «Итоги» № 45/752/ от 8 ноября 2010 года

Уже пять лет мир смотрит на Россию глазами телеканала Russia Today. Какой образ Отечества экспортирует творческий коллектив государственного медиапроекта за рубеж? Этот вопрос «Итоги» задали главному редактору телеканала RT Маргарите Симоньян.

Мы не занимаемся продвижением положительного имиджа России за рубежом. Мы стараемся формировать образ, максимально приближенный к действительности, - показывать страну такой, какой видим ее сами», - говорит главный редактор RT Маргарита Симоньян

— Маргарита, для начала блиц-опрос. Какую тему вы не пустили бы в эфир ни при каких обстоятельствах?

— Скучную. Если проблема не интересна телеаудитории и не важна для общества и для страны, то зачем ее затрагивать? Мы ищем истории, которые недооценены и недоосвещены мейнстримом — никому не нужно делать еще один CNN или BBC, только подешевле. Именно этим и привлекаем аудиторию, которой надоела постоянно повторяющаяся картинка.

— С высоты пройденного какой проект вам видится большой удачей, а какой — с точностью до наоборот?

— Год назад мы запустили проект Free Video, благодаря которому наши новости выходят более чем на 30 телеканалах в 20 странах мира на 13 языках. Это видео, абсолютно пригодное к эфирному вещанию, которое можно скачивать прямо на нашем сайте. Организация мы некоммерческая, наша главная цель — распространение по миру информации о России. Вот мы и даем возможность партнерам использовать наше видео в своих выпусках новостей совершенно даром. Сегодня у нас партнерские отношения с двумя с лишним тысячами телеканалов и видеоагентств по всему миру на огромном количестве языков. И их число растет в геометрической прогрессии. А это еще десятки миллионов зрителей.

Удачных эпизодов много. Это и репортажи о военной операции в Грузии... За освещение визита Барака Обамы в Россию мы даже вышли в этом году в финал «Эмми» — телевизионного «Оскара». А неудачи... Ошибки были в первый год. Мало опыта, людей набирали не всегда правильных, редакционные цели и методы работы нечетко формулировали. Все это оттачивалось со временем.

В самом же начале проекта мы вообще столкнулись с огромным скепсисом и неверием в наши силы. Мол, никогда в России никто ничего подобного не делал, бюджет канала ничтожен по сравнению с большими западными, главный редактор слишком молодая. Благодаря этому у нас появилась спортивная злость, мы решили костьми лечь, но сделать все, как надо. И главное, мы действительно глубоко и искренне любим свою Родину и переживаем, когда сталкиваемся с потоками неправды. Нам нравится менять эту ситуацию.

— Кстати, как вам в столь юные годы удалось стать шефом такого масштабного медиапроекта?

— Для нашего ТВ это не так уж необычно. Дмитрий Медников, например, возглавил канал «Россия 24» в 26 лет, многие мои знакомые становились собкорами центральных каналов в ключевых странах в 22-23 года. Я сама стала заведующей региональным бюро ВГТРК в 20 лет, в 18 была шеф-редактором в местной телекомпании. Хотя, конечно, 25 - пугающий возраст для такой ответственной работы. На эту должность искали человека с телевизионным опытом и со знанием английского языка. А я окончила школу в США. Конечно, страшновато было. Но, с другой стороны, я понимала, что никогда не буду относиться к этой работе как к месту, где можно тихонько ничего не делать, так как все равно никто не верит, что из этой затеи будет толк. Твердо знала, что воровать не буду и сделаю все, что в моих силах, чтобы получился достойный нашей страны телеканал. Возможно, люди, которые принимали решение о моем назначении, думали так же.

— Наша Russia, как известно, многолика и многогранна. А какой образ экспортируете вы?

— Давайте сразу определимся: RT не занимается продвижением положительного имиджа России за рубежом. Мы стараемся формировать образ, максимально приближенный к действительности, — показывать страну такой, какой видим ее сами. И нам нравится думать, что у нас это получается.

— Стали ли за рубежом умом Россию понимать?

— В каждой стране это понимание разное, обобщать некорректно. Скажем, настрой массмедиа в англоязычных странах действительно несколько улучшился, а это, конечно, влияет на настроение общества. Это очень заметно в онлайне: жесткие по отношению к Росcии заметки, появляющиеся в британских газетах, вызывают большое недовольство в комментариях читателей.

— Насколько отличен контент ваших новостных программ от тех, которые идут внутри страны?

— Большая часть тем, которые интересны зрителям в России, абсолютно не привлекают западную аудиторию, и наоборот. Людей в любой стране прежде всего волнуют истории, касающиеся их самих и того, как может измениться их жизнь, - от сюжетов про выплаты пенсий и отмену льгот до скандалов вокруг более или менее известных чиновников, скажем, попавшихся на взятке. Но чужая социальная тематика мало кого интересует, а львиная доля фамилий наших политиков и чиновников за границей неизвестна. А вот, например, имя Марии Шараповой говорит западной аудитории гораздо больше, чем десяток громких для нас имен.

— Что все-таки побеждает: вкусы аудитории или информационная политика?

— Мы стараемся соблюдать баланс, и это, наверное, самое сложное. Поскольку мы, как я уже говорила, организация некоммерческая, то у нас нет задачи гнаться исключительно за рейтингом. Конечно, в первую очередь учитываются предпочтения зрителей, но при этом есть счастливая возможность давать аудитории и то, что мы считаем правильным и важным.

— Что же?

— Например, рассказывать о вещах, которые действительно волнуют российское общество и реально отражаются на жизни страны, - от реформ до коррупции, которую, увы, никак не удается побороть, а не о тех вещах, которые должны волновать российское общество в представлении иностранных журналистов. Например, когда были проблемы у Британского совета в России, то BBC несколько дней давал это новостью номер один - до сообщений из Ирака, Афганистана, терактов и всего остального. Для британцев эта тема означала в первую очередь британские ценности, британский взгляд на мир. А что это было для россиян? Держу пари — 99 процентов населения понятия не имели, о чем идет речь. Конечно, о Британском совете мы тоже говорили, ведь наша аудитория в Британии значительно больше, чем в России, но не делали вид, что это самая волнующая мировая проблема.

— И все-таки как справляетесь с конкурентами? Кстати, с кем конкретно соревнуетесь?

— Со всеми информационными каналами, работающими на тех же языках, что и мы: CNN, BBC, Al Jazeera и другими. Кого-то мы уже обгоняем, от кого-то отстаем. Скажем, когда запускалась английская Al Jazeera, много говорилось о том, что она станет альтернативой англоязычному мейнстриму, что это будут совсем другие новости. Мы считали их серьезными конкурентами, но сегодня, по данным одной из ведущих рейтинговых компаний, Nielsen Media Research, ежесуточная аудитория нашего канала, скажем, в Вашингтоне в шесть с половиной раз больше, чем у Al Jazeera English, ежемесячная - в пять раз больше Deutsche Welle. Согласно исследованию агентства Synovate, в шести европейских странах она составляет 7 миллионов человек.

— Каков он, ваш телезритель?

— Свободомыслящий, открытый миру и не склонный доверять стереотипам и предрассудкам. Тот, кто хочет знать больше, склонен сомневаться и задавать вопросы. Слоган нашего канала — «Больше спрашивай».

У нас есть служба по работе с онлайн-проектами. RT не раз становился самым просматриваемым каналом в международном рейтинге YouTube. Мы даже вошли в сотню самых просматриваемых среди премиум-партнеров за всю историю этого видеохостинга, вытеснив канал Барака Обамы. Сейчас у нас на YouTube более 180 миллионов просмотров.

Кстати, настрой сетевых комментариев мы всегда стараемся учитывать. В свое время нас просто завалили письмами из арабских стран с просьбами разъяснить, как можно получить образование в России. Мы запросили сведения из очень многих российских вузов об их требованиях, о том, какие могут возникнуть проблемы при поступлении, все это перевели на арабский и сделали отдельный раздел на сайте.

— Говорят, судиться с CNN собираетесь - за выпуск плаката-коллажа с наложением изображения Путина и Ахмадинежада, повторяющего ваш нашумевший «двойной портрет» Обамы и президента Ирана.

— Мы не намерены пока подавать в суд. Мы ограничились аккуратно сформулированным пресс-релизом: мол, рекламный плакат турецкого подразделения CNN очень похож на наш, и отправили в адрес их рекламного агентства официальное письмо с просьбой прокомментировать очевидную похожесть рекламы. Ответа не получили.

— Кстати, американские аэропорты отказались размещать такую вашу рекламу, сочтя ее неполиткорректной.

— Да, аэропорты действительно отказались. Тогда мы разместили там пустые плакаты с надписью «Наша политически корректная реклама. Оригинальную версию смотрите на сайте rt.com». В итоге подавляющее большинство американцев, видевших эту рекламу в блогах и у нас на сайте, были в восторге. Более того, в январе 2010 года она была отмечена премией ведущего британского конкурса Awards for National Newspaper Advertising /the ANNAs/ и признана «Лучшей рекламой месяца». В июне она получила Гран-при в Лос-Анджелесе - Promax/BDA World Gold Awards.

Я действительно считаю этот проект, разработанный для нас британским креативным агентством, большой удачей. RT, к сожалению, не располагает и малой долей бюджетов CNN и BBC и не может тратить сопоставимые с ними деньги на размещение своей рекламы. Соответственно мы вынуждены изобретать такую, которая бы имела оглушительный резонанс, и желательно задешево. Есть лишь один способ: делать ее провокативной. Ведь что мы получили в итоге? Мы сделали громкую рекламу каналу, заплатив лишь за креатив и несколько плакатов в аэропортах. В США мы не размещали ее ни в газетах, ни в журналах, ни в Интернете, но при этом о ней написали практически все ведущие газеты, журналы и сайты, а телеканалы сделали об этом сюжеты.

— С точки зрения восприятия отличаются ли ваши программы на английском, на арабском и на испанском?

— Они совершенно разные. Более того, в январе мы запустили отдельное вещание на США, которое имеет абсолютно другое программирование, ведущих, принципы построения программ и сюжетов, совершенно иной отбор тем, нежели наше остальное англоязычное вещание. Это проблемы, которые волнуют именно американское общество и абсолютно не трогают другой мир. Люди, которые фигурируют в наших историях в США, вряд ли будут интересны в России или, скажем, в Великобритании, поскольку они популярны именно в Америке. Американскую аудиторию, например, не заставишь смотреть обобщенные международные истории - им это просто неинтересно. У них такой перенасыщенный и блестящий телевизионный рынок, а их собственные информпрограммы сделаны столь качественно, что с ними очень тяжело конкурировать.

Тут мы неоригинальны. Скажем, CNN внутриамериканский и CNN International, который мы видим и в России, - два абсолютно разных канала. То же можно сказать и о BBC. Это правильный путь, и мы вовремя по нему пошли.

— Что американцам интересно знать про Россию?

— Аудитории во всем мире интересно совсем не то, что хотелось бы высоколобым журналистам. Такие темы, как коррупция или, скажем, преемственность власти, тем более узкополитические темы всегда будут на втором плане по сравнению с просто красивой картинкой на какую-нибудь веселую тему. Например, когда проходил какой-то очередной марш протеста, на который западное телевидение обращало огромное внимание, у нас появилась картинка того, как Путин кормит медведя. Марш мы, конечно, тоже осветили. Но фантастика! Эта самая картинка обошла по всем показателям и на всех наших ресурсах историю про марш.

— Кадры, как известно, решают все. RT делает ставку на соотечественников или «аборигенов»?

— Подавляющее большинство людей, работающих в кадре, носители языка. В США, например, все носители. Остальные сотрудники - с безупречным знанием языка, многие из которых жили и учились за границей. Всего же на наших трех телеканалах, американском вещании и в нескольких десятках бюро по всему миру работают более двух тысяч человек.

— Есть ли у ведущих дресс-код?

— Мы ориентируемся на вкусы аудитории. Скажем, в США всех радуют более глубокие декольте у ведущих и оголенные ноги. Вещание на Великобританию более консервативно, на арабоязычном канале - тем более. На испаноязычном, скажем, принят более яркий макияж.

— Как думаете развиваться дальше?

— Будем расширяться. Наша основная задача - войти в максимально большее количество сетей, увлечь еще большее количество аудитории. Сейчас занимаемся продвижением испаноязычного канала в странах Латинской Америки. Техническую базу надо обновлять - телевизионные стандарты меняются с бешеной скоростью, требуют вложений.

— Личный вопрос. Не тянет обратно «в поля», на корреспондентскую работу?

— Честно говоря, немножко тянет. Я очень скучаю по тому ощущению, когда ты видишь событие своими глазами и все, что происходит, оцениваешь исходя из собственных ощущений и впечатлений. Но это не значит, конечно, что я все брошу и «в поля» пойду.

Валерия Сычева